Дорогами войны

2013 год особенный в истории нашего края. 70 лет назад Донбасс был освобожден от немецко-фашистских захватчиков. Немалый вклад в эту победу и наших заводчан. Многим из них довелось пройти тропами войны.  Предлагаем нашим читателям воспоминания работника нашего завода Евгения Тюрютикова, который после возвращения с фронта посвятил свою трудовую деятельность родному предприятию.

Свершилось! Мы едем на фронт! Наш 101-й отдельный лыжный  батальон  7 февраля 1942 года отбыл из Казани. Все оживлены, настроение приподнятое. В вагонах-теплушках стоит густой махорочный дух. Ах, какой она была ароматной, эта махорка! И не какая-нибудь, а кременчугская!  С родной Украины! Еще довоенная.

Поезд мчался по заснеженной приволжской равнине, периодически рвал морозный воздух зычным голосом гудка, а колеса торопливо отбивали на стыках: на фронт…на фронт…

 

Из письма к родственникам.

Воронеж, 19 февраля 1942 г.

После десятидневного пути прибыли мы в Воронеж. Казань осталась далеко позади, а мы приблизились к родным местам, «Украине милой». Фронт от нас сравнительно близко, и вчера над Воронежем мы наблюдали за немецким разведчиком и обстрелом его нашими зенитками.

Здесь значительно теплее, нежели в Казани, и даже весной попахивает. Днем, например, тает и в валенках ходить нельзя. Условия, в которых мы находимся, несколько хуже, чем в Казани. Это объясняется близостью фронта. В Воронеже мы долго не будем. Недельку-две.

Я только никак не могу представить себе фронт, и особенно фронт нынешний. И вот это чувство, чувство того, что скоро будешь на фронте, в боях, и в то же время непредставление этого боя – немного пугает. Фронтовики над нами посмеиваются и говорят, что первый же бой поможет нам уяснить все то, что мы сейчас не представляем. Следующее письмо пришлю вам с фронта.

 В Воронеже наш батальон простоял около десяти дней. Мы получили оружие: винтовки, пулеметы, минометы. Автоматов было мало. Выдавали их только командирам взводов и их помощникам: два автомата на взвод. Для перевозки тяжелого оружия  – станковых пулеметов и минометов – предназначались «волокуши». Это что-то вроде плоскодонной лодки с низкими бортиками или большой лыжи, снабженной двумя длинными ремнями, за которые их волокли два лыжника. Их использовали и для перевозки раненых во время боя.

Начались учебные стрельбы. Каждое утро, после завтрака, мы выходили на лыжах по замерзшей, покрытой глубоким снегом, речке Воронеж за город, и там, в глухом, заснеженном овраге, стреляли, стреляли, стреляли.

Нас подняли ночью по тревоге. Мы быстро собрались, вышли и выстроились на плацу перед казармами. Командиры проверили наличие личного состава, подгонку обмундирования, оружие, лыжи. Затем командир взвода объявил приказ, которым командиру нашего 1-го отделения, сержанту, присвоено звание старшего сержанта, а мне, его заместителю, — звание сержанта. Наш командир освобождается от командования отделением и будет исполнять обязанности только помощника командира взвода (ранее он обе эти должности совмещал), а командиром 1-го отделения назначаюсь я.

Командир взвода поздравил меня и сказал: – Теперь, Тюрютиков, за отделение полностью отвечаешь ты. Больше на помкомвзвода не надейся!

– Служу Советскому Союзу!

Батальон двинулся. Прошагали по окраинным улицам города и вышли в степь. Ярко светила луна. Перед нами лежала бесконечная снежная равнина. Стали на лыжи и по целине двинулись на Запад, к фронту. Шли мы преимущественно   ночами,   а   на  день  располагались в каком-нибудь населенном пункте, предварительно намеченном командованием батальона, отсыпались и отдыхали.

Пока мы отсыпались, к месту нашей стоянки подтягивалась хозяйственная часть батальона: санный обоз с походными кухнями, запасом продовольствия, боепитанием. Обоз возглавлял зам. командира батальона по хозяйственной части. Он знал маршрут движения, места остановок на отдых, где необходимо было организовать питание личного состава. Обоз, как правило, всегда запаздывал. Угнаться  за нами он не мог. Ведь мы двигались, как принято говорить в армии, «по азимуту», почти по прямой, а обоз пробирался зимними дорогами, проселками, часто заметенными снегом, блуждал, утопая в снежных просторах воронежских и курских полей.

Батальон находился где-то в районе города Старый Оскол. Командование приняло решение изменить маршрут, свернуть на Старый Оскол и там переждать буран. Комиссар батальона с группой лыжников отправился на поиски нашего обоза, чтобы его тоже повернуть на Старый Оскол. В Старом Осколе мы простояли около суток, пока не наладилась погода. Еще один переход, и батальон расположился в селе Покровском Курской области. Нам объявили, что теперь мы находимся во втором эшелоне Юго-Западного фронта. Будем стоять здесь до получения дальнейших приказаний.

Из письма к родственникам.

Юго-Западный фронт, с. Покровское, 10.03.42  г.

В огромных, заснеженных просторах Курской области затерялось небольшое село. Маленькие избенки, утонувшие в снегу, укрывают нас от холода. Жизнь идет нормально. Правда, население несколько пострадало, т. к. десятки тысяч бойцов уже прошли здесь, и у многих недостает кур и овец. Но несмотря на это, взаимоотношения между бойцами и населением хорошие. Жители очень боятся прихода немцев, и поэтому относятся к нам  как  нельзя лучше. Фронт от нас в 40-30, а в некоторых местах – 20 километрах. Так что разведка немцев бывает и здесь. Наши бойцы на днях задержали двух немецких шпионов,  как выяснилось после.

Мы все время в курсе событий: ежедневные политинформации и свежие газеты. Кроме того  – живые люди, бойцы, приезжающие к нам за продуктами, рассказывают о делах на передовой. На нашем фронте сейчас затишье. Узнал кое-что о родном крае  В нашу деревню вернулись две девушки, которые выезжали учиться в Донбасс. Три месяца жили при немцах. Рассказывают: открыли кино, рестораны. Хлеб выдается только работающим. По 300 г на сутки. Есть случаи смертности от голода. Вообще с питанием очень плохо. Люди ходят в деревни и там меняют одежду на продукты. У кого были теплые вещи, и если не успели спрятать – немцы отобрали. Были случаи расправы с местными активистами.

До свидания. Крепко целую,

Женя.

Почтовая открытка.

Здравствуйте, дядя, тетя и Люся! Несколько вестей о себе.  Жив и здоров. А это, говорят, самое главное. Нахожусь на передовой. На днях был в бою. Готовимся встретить весну, которая в этом году что-то затянулась. Но к маю, наверное, будет сухо. Вместе с открыткой посылаю письмо, в котором пишу более подробно. От вас нет ни одной вести. Не знаю, правда, посылали ли вы мне письма, кроме первых двух. Вот  и  все.  До свидания.

Женя.

28 октября, 2013